![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
contemplator"В Минске одновременно прошли два "марша пенсионеров", оппозиционный и провластный. В последнем приняли участие, в том числе, ветераны армии и силовых структур" (Источник).
Не знаю, как "в мировом масштабе", но на территории СНГ проявляется интересный феномен: в каждой стране народ оказался разделённым на два "суб-этноса". Беларусь демонстрирует эту разделённость так ярко и недвусмысленно, что только слепой ничего не замечает.
Профессор социологии, основатель НИСЭПИ Олег Манаев говорит, что "у Лукашенко существуют две мощные опоры в обществе и государстве. Одна — его традиционный электорат «глубинной» Беларуси: жители сёл и малых городов с невысоким уровнем образования, среди которых доминировали пенсионеры. Другая — его новый электорат: так называемые «государевы люди» (силовики [1], чиновники) и приближенный «ко двору» бизнес.
Обе эти группы электората, хотя и по-разному, заинтересованы в статус-кво или, как сказал в своем предвыборном послании к парламенту и народу Лукашенко, в «безальтернативной роли государства в жизни нации» и «совершенствовании того, что есть». Перспективы реальных реформ их только пугают, поскольку многие из них опасаются, что нового не приобретут, а то, что имеют сейчас, потеряют. Для одних это материальное положение (в том числе небольшие, но стабильные зарплаты и пенсии), для других — социальный статус, для третьих — власть. И отказываться от этого они не собираются.
Белстат говорит, что сегодня в стране 2,5 млн пенсионеров и 1 млн бюджетников. В селах и малых городах (менее 50 тыс жителей) проживают около 40% населения. Всего, по данным ЦИК, в стране около 7 млн избирателей, значит, в «глубинной» Беларуси проживают 2,7 млн. По данным многолетних опросов НИСЭПИ, эти избиратели активно участвовали в выборах, и большинство из них голосовали за Лукашенко. Если к ним прибавить несколько сот тысяч «государевых людей», а также значительную часть рядовых бюджетников, то получится примерно 3 млн избирателей, обычно голосующих за Лукашенко."
Вот эти 3 миллиона и составляют "субэтнос" государственников. Но вся беда в том, что этот "субэтнос" - чиновники, силовики, пенсионеры - ничего не производит, а лишь потребляет. И сам по себе этот "субэтнос" жить не способен. Для его существования необходим другой "субэтнос". Представителей этого альтернативного субэтноса мы и видим ныне на улицах белорусских городов.
Идеальное государство получилось бы, если б все мужчины работали в силовых структурах, а все женщины сидели в госадминистрациях, и потом все дружно уходили на пенсию. Но такие "хотелки" утопичны, поскольку "государевых людей" кормить надо и обеспечивать всем необходимым для жизни.
Собственно, этим обеспечением и занимается другой "субэтнос".
Ситуация, в целом, напоминает древний Рим во времена республики. Тогда тоже существовали два "субэтноса" - патриции и плебеи. Патриции заседали в Сенате, а плебеи кормили их. Там тоже плебеи "бузили", выходили на улицы Рима, и дело дошло до того, что они решили отделиться от патрициев и жить самостоятельно. Патриции были вынуждены пойти на уступки, и было достигнуто соглашение, по которому плебеи получили право назначать своих должностных лиц - трибунов. В их задачу входило защищать интересы плебеев и следить, чтобы патриции не принимали законов, нарушавших права простого народа. В конце концов трибуны стали так сильны, что могли воспрепятствовать принятию закона, который они не одобряли, простым криком «Veto!» («Я запрещаю!»). И вся власть консулов и сената была бессильна перед вето трибуна.
-----------------------------------------------------------------------------
[1] C учётом членов семей это сотни тысяч человек, а вовсе не только 1500 бойцов ОМОНа.
Не знаю, как "в мировом масштабе", но на территории СНГ проявляется интересный феномен: в каждой стране народ оказался разделённым на два "суб-этноса". Беларусь демонстрирует эту разделённость так ярко и недвусмысленно, что только слепой ничего не замечает.
Профессор социологии, основатель НИСЭПИ Олег Манаев говорит, что "у Лукашенко существуют две мощные опоры в обществе и государстве. Одна — его традиционный электорат «глубинной» Беларуси: жители сёл и малых городов с невысоким уровнем образования, среди которых доминировали пенсионеры. Другая — его новый электорат: так называемые «государевы люди» (силовики [1], чиновники) и приближенный «ко двору» бизнес.
Обе эти группы электората, хотя и по-разному, заинтересованы в статус-кво или, как сказал в своем предвыборном послании к парламенту и народу Лукашенко, в «безальтернативной роли государства в жизни нации» и «совершенствовании того, что есть». Перспективы реальных реформ их только пугают, поскольку многие из них опасаются, что нового не приобретут, а то, что имеют сейчас, потеряют. Для одних это материальное положение (в том числе небольшие, но стабильные зарплаты и пенсии), для других — социальный статус, для третьих — власть. И отказываться от этого они не собираются.
Белстат говорит, что сегодня в стране 2,5 млн пенсионеров и 1 млн бюджетников. В селах и малых городах (менее 50 тыс жителей) проживают около 40% населения. Всего, по данным ЦИК, в стране около 7 млн избирателей, значит, в «глубинной» Беларуси проживают 2,7 млн. По данным многолетних опросов НИСЭПИ, эти избиратели активно участвовали в выборах, и большинство из них голосовали за Лукашенко. Если к ним прибавить несколько сот тысяч «государевых людей», а также значительную часть рядовых бюджетников, то получится примерно 3 млн избирателей, обычно голосующих за Лукашенко."
Вот эти 3 миллиона и составляют "субэтнос" государственников. Но вся беда в том, что этот "субэтнос" - чиновники, силовики, пенсионеры - ничего не производит, а лишь потребляет. И сам по себе этот "субэтнос" жить не способен. Для его существования необходим другой "субэтнос". Представителей этого альтернативного субэтноса мы и видим ныне на улицах белорусских городов.
Идеальное государство получилось бы, если б все мужчины работали в силовых структурах, а все женщины сидели в госадминистрациях, и потом все дружно уходили на пенсию. Но такие "хотелки" утопичны, поскольку "государевых людей" кормить надо и обеспечивать всем необходимым для жизни.
Собственно, этим обеспечением и занимается другой "субэтнос".
Ситуация, в целом, напоминает древний Рим во времена республики. Тогда тоже существовали два "субэтноса" - патриции и плебеи. Патриции заседали в Сенате, а плебеи кормили их. Там тоже плебеи "бузили", выходили на улицы Рима, и дело дошло до того, что они решили отделиться от патрициев и жить самостоятельно. Патриции были вынуждены пойти на уступки, и было достигнуто соглашение, по которому плебеи получили право назначать своих должностных лиц - трибунов. В их задачу входило защищать интересы плебеев и следить, чтобы патриции не принимали законов, нарушавших права простого народа. В конце концов трибуны стали так сильны, что могли воспрепятствовать принятию закона, который они не одобряли, простым криком «Veto!» («Я запрещаю!»). И вся власть консулов и сената была бессильна перед вето трибуна.
-----------------------------------------------------------------------------
[1] C учётом членов семей это сотни тысяч человек, а вовсе не только 1500 бойцов ОМОНа.
