Советское кино как "иконостас".

Имеется любопытный феномен в советском кинематографе - не всегда, но довольно часто роли отрицательных персонажей играют вполне симпатичные актёры. Сразу вспоминается "троица" Моргунов - Никулин - Вицин в фильме "Кавказская пленница", Андрей Миронов и Анатолий Папанов в "Бриллиантовой руке", Иннокентий Смоктуновский в "Берегись автомобиля". А какая прелесть для глаз в фильме "Свой среди чужих, чужой среди своих"! И какие красавцы играют злодеев в фильме "Место встречи изменить нельзя"! Апофеозом этого феномена является фильм "Семнадцать мгновений весны", где "партайгеноссе" Мюллер и другие нацистские боссы играются актёрами с красивыми, добрыми лицами.

А что такое лицо и - особенно - глаза? Это - отражение души. Добрая душа налагает на лицо свой оттиск, "печать", и человек с такой "печатью", даже физически некрасивый, как, например, Зиновий Гердт, становится прекрасен какой-то внутренней красотой, как бы "светится" изнутри. Вот такие "светлячки" и играли злодеев в советском кино.

( Read more... )

Постсоветский "капитализм".

Помню, первые два - три года после распада СССР у нас в городе (как наверно и повсюду на постсоветском пространстве) стихийно возникали "толкучки": люди собирались в самых оживлённых, "бойких" местах и раскладывали всякую хрень на каких-то ящиках и коробках, на газетах, а то и прямо на асфальте или на земле.

Вот это и было самое благодатное времечко свободного рынка. Те годы можно назвать "вторым НЭПом". Он закончился так же быстро, как и первый НЭП. Стихийный свободный рынок сменил государственный монополистический капитализм. Свободный рынок государству никак не выгоден. Вышла бабулька на улицу, разложила товар на газетке, продала, свернула газетку и ушла. Как ты с неё дань возьмёшь? - Никак. То ли дело - гигантские торговые центры?! Там, чтобы продавать, надо сначала денюжку заплатить.

В принципе, через четверть века всё вернулось "на круги своя". В конце 80-х в нашем городе (как наверно и повсюду в СССР) было десятка два крупных гастрономов, где в основном люди "отоваривались". Сейчас тоже десятка два или три супермаркетов и гипермаркетов. Уличная торговля, конечно, есть, но не более того, что было при Брежневе или Горбачёве. Так что современную экономику никак нельзя назвать "рыночной". Это экономика государственных монополий с мелкими рыночными "вкраплениями". Причём, эти "вкрапления" чаще всего существуют "на свой страх и риск", на полулегальном или нелегальном положении.

Если это назвать "капитализмом", то тогда и при Брежневе был точно такой же "капитализм".

( Read more... )