![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
contemplatorОткрытие храмого комплекса Гёбекли-Тепе поставило жирный крест на теории т. наз. "неолитической революции".
Дело в том, что до этого открытия полагалось, будто только сложные общества с иерархической структурой могли построить подобные монументальные сооружения, и что они появились лишь с возникновением землепашества. Но это сложное сооружение и относится к эпохе до зарождения земледелия. Датировка исследованной части относит конец слоя III к IX тысячелетию до н. э., а его начало — к X тысячелетию до н. э. или ранее. Чтобы было понятно: это за 6 тысяч лет до Шумера. Возможно, весь Ближний Восток был в таких постройках, впоследствии уничтоженных.
По мнению психолога архитектуры Коллина Элларда, строительство комплекса преследовало не утилитарные, а магические цели. Можно предполагать, что это были святилища культа, основанного, скорее всего, на шаманизме и впадении в состояние транса. Предполагается, что храмовый комплекс был объектом паломничества для людей, обитавших за сотни километров от него. Здесь происходили какие-то ритуальные действа и, скорее всего, здесь постоянно жило некоторое количество служителей культа.
Возможно, перед нами первый протогород в истории человечества. И его открытие свидетельствует в пользу культового происхождения древнейших городов мира. То есть, первоначально сооружался храмовый комплекс, типа того, что был раскопан в Гёбекли-Тепе, затем в нём появлялось постоянное, осёдлое население, состоящее из служителей культа, а уже затем - вынужденно - происходил переход от собирательства и охоты к земледелию.
Я себе представляю это так. Первоначально предполагалось, что храмовые служители или, скорее всего, служительницы культа, проживающие при храме, будут питаться за счёт жертвоприношений паломников. Наверно, так оно и было, но может быть в зимние месяцы паломники приходили редко, а то и вовсе неделями не приходили, и тогда служительницы культа решили сами готовить себе продовольственные запасы на зиму.
Так возникло "храмовое хозяйство", которое получило свой расцвет в древнем Шумере.
Собственно, это производящее хозяйство и произвело тот комплекс изменений, который археолог-марксист Гордон Чайлд в 1923 году назвал "неолитической революцией".
В марксистской историографии (академик Г. Б. Поляк, профессор А. Н. Маркова) неолитическая революция трактуется как переход от присваивающей к производящей экономике. Причём, переход этот происходит как бы сам собой, просто потому, что земледелие и животноводство более "прогрессивны", чем охота и собирательство. Но если присмотреться внимательно, никакого прогресса мы не наблюдаем.
Википедия сообщает: "Переход к земледелию трудно объяснить, если учесть, что, словами Марка Нейтана Коэна, «ведение сельского хозяйства, вероятно, обусловило увеличение доли труда на душу населения и ухудшение качества пищи» (Cohen 1977). До эпохи земледелия люди имели более разнообразную пищу за счёт охоты и собирательства, которые сами по себе являлись менее трудоёмким занятием, чем земледелие". Блог Толкователя добавляет: "Рацион традиционного земледельца на две трети, а то и на три четверти, состоит из одного или нескольких продуктов растениеводства (пшеница, рис, кукуруза, картофель и т. п.), богатых углеводами, чем обеспечивается высокая калорийность, но снижается пищевая ценность ввиду выраженного дефицита белков (особенно животных), витаминов, микроэлементов и других необходимых организму веществ. Также развиваются специфически земледельческие болезни (в первую очередь кариес, также цинга, рахит). Животноводство при сравнительно крупных размерах постоянных поселений и скученности проживания служит источником инфекционных зоонозов (бруцеллез, сальмонеллез, пситтакоз) и зооантропонозов - эпидемических болезней, изначально приобретённых людьми от домашнего скота и в дальнейшем эволюционировавших, таких как корь, оспа, туберкулёз, тропическая малярия, грипп и др. Жившие небольшими, подвижными и часто сезонно дисперсными коллективами охотники и собиратели этих заболеваний не знали, были выше ростом и в целом отличались лучшим здоровьем по сравнению с сообществами, перешедшими к производящему хозяйству, в силу чрезвычайно разнообразного рациона, включавшего до сотни и более видов пищи растительного и животного происхождения."
Значит, выбирая осёдлую жизнь при храме, древние люди сознательно и намеренно обрекали себя на лишения.
Как не вспомнить тут христианских монахов и аскетов, которые уходили в египетские и сирийские пустыне и строили там монастыри, в которых постились и трудились, занимаясь монастырским хозяйством.
В принципе, история развивается по спирали, и этот монашеский виток спирали позволяет понять, по аналогии, что происходило в Гёбекли-Тепе 12 тысяч лет назад.
Историю движут люди духа, а не какие-то марксистские мифические "производительные силы". В центре нашей истории стоит Храм, а от него и вокруг него - концентрическими кругами - происходит преобразование общества. Тут вполне понятно, что люди, желая быть в эпицентре духовности, добровольно шли на ограничения в питании и тяжёлый земледельческий труд. Тогда как "производительные силы" ничего не объясняют. «Зачем нам выращивать растения, когда в мире так много орехов монгонго?», - говорили бушмены къхонг, тогда как хадза отказывались от земледелия на том основании, что «это потребовало бы слишком много тяжёлой работы». И их можно не только понять, но и согласиться с ними: на добывание пищи хадза тратили в среднем не более двух часов в день, къхонг - от 12 до 21 часа в неделю, тогда как трудозатраты земледельца равняются девяти часам в день, а рабочая неделя в современных развивающихся странах достигает 60 и даже 80 часов. "Производительные силы" не освобождают человека от труда, а лишь закабаляют его ещё больше.
Вообще, давно пора выйти из насквозь лживой прогрессистской мифологемы XlX века, согласно которой чем древнее, тем хуже. А 40 тыс. лет назад вообще была такая "жопа", что люди питались исключительно объедками после львов и тигров: разбивали камнями трубчатые кости и высасывали мозг из костей. Такую идею "толкал" в своё время советский историк Б. Поршнев. По сравнению с таким первобытным кошмаром земледелие действительно кажется великим прогрессом. Но весь этот кошмар лишь в головах кабинетных учёных типа Поршнева. А на самом деле «примитивные» охотничье-собирательские общества питались и больше и лучше, чем «прогрессивные» земледельцы. К.Леви-Стросс отмечал: «Как показали исследования, проведённые в Австралии, Южной Америке, Меланезии и Африке, трудоспособным членам этих обществ вполне достаточно работать два-четыре часа в день, чтобы содержать семью, в том числе детей и стариков, ещё или уже не участвующих в добыче пропитания. Сравните с тем, сколько времени проводят на заводе или в конторе наши современники!»
Дело в том, что до этого открытия полагалось, будто только сложные общества с иерархической структурой могли построить подобные монументальные сооружения, и что они появились лишь с возникновением землепашества. Но это сложное сооружение и относится к эпохе до зарождения земледелия. Датировка исследованной части относит конец слоя III к IX тысячелетию до н. э., а его начало — к X тысячелетию до н. э. или ранее. Чтобы было понятно: это за 6 тысяч лет до Шумера. Возможно, весь Ближний Восток был в таких постройках, впоследствии уничтоженных.
По мнению психолога архитектуры Коллина Элларда, строительство комплекса преследовало не утилитарные, а магические цели. Можно предполагать, что это были святилища культа, основанного, скорее всего, на шаманизме и впадении в состояние транса. Предполагается, что храмовый комплекс был объектом паломничества для людей, обитавших за сотни километров от него. Здесь происходили какие-то ритуальные действа и, скорее всего, здесь постоянно жило некоторое количество служителей культа.
Возможно, перед нами первый протогород в истории человечества. И его открытие свидетельствует в пользу культового происхождения древнейших городов мира. То есть, первоначально сооружался храмовый комплекс, типа того, что был раскопан в Гёбекли-Тепе, затем в нём появлялось постоянное, осёдлое население, состоящее из служителей культа, а уже затем - вынужденно - происходил переход от собирательства и охоты к земледелию.
Я себе представляю это так. Первоначально предполагалось, что храмовые служители или, скорее всего, служительницы культа, проживающие при храме, будут питаться за счёт жертвоприношений паломников. Наверно, так оно и было, но может быть в зимние месяцы паломники приходили редко, а то и вовсе неделями не приходили, и тогда служительницы культа решили сами готовить себе продовольственные запасы на зиму.
Так возникло "храмовое хозяйство", которое получило свой расцвет в древнем Шумере.
Собственно, это производящее хозяйство и произвело тот комплекс изменений, который археолог-марксист Гордон Чайлд в 1923 году назвал "неолитической революцией".
В марксистской историографии (академик Г. Б. Поляк, профессор А. Н. Маркова) неолитическая революция трактуется как переход от присваивающей к производящей экономике. Причём, переход этот происходит как бы сам собой, просто потому, что земледелие и животноводство более "прогрессивны", чем охота и собирательство. Но если присмотреться внимательно, никакого прогресса мы не наблюдаем.
Википедия сообщает: "Переход к земледелию трудно объяснить, если учесть, что, словами Марка Нейтана Коэна, «ведение сельского хозяйства, вероятно, обусловило увеличение доли труда на душу населения и ухудшение качества пищи» (Cohen 1977). До эпохи земледелия люди имели более разнообразную пищу за счёт охоты и собирательства, которые сами по себе являлись менее трудоёмким занятием, чем земледелие". Блог Толкователя добавляет: "Рацион традиционного земледельца на две трети, а то и на три четверти, состоит из одного или нескольких продуктов растениеводства (пшеница, рис, кукуруза, картофель и т. п.), богатых углеводами, чем обеспечивается высокая калорийность, но снижается пищевая ценность ввиду выраженного дефицита белков (особенно животных), витаминов, микроэлементов и других необходимых организму веществ. Также развиваются специфически земледельческие болезни (в первую очередь кариес, также цинга, рахит). Животноводство при сравнительно крупных размерах постоянных поселений и скученности проживания служит источником инфекционных зоонозов (бруцеллез, сальмонеллез, пситтакоз) и зооантропонозов - эпидемических болезней, изначально приобретённых людьми от домашнего скота и в дальнейшем эволюционировавших, таких как корь, оспа, туберкулёз, тропическая малярия, грипп и др. Жившие небольшими, подвижными и часто сезонно дисперсными коллективами охотники и собиратели этих заболеваний не знали, были выше ростом и в целом отличались лучшим здоровьем по сравнению с сообществами, перешедшими к производящему хозяйству, в силу чрезвычайно разнообразного рациона, включавшего до сотни и более видов пищи растительного и животного происхождения."
Значит, выбирая осёдлую жизнь при храме, древние люди сознательно и намеренно обрекали себя на лишения.
Как не вспомнить тут христианских монахов и аскетов, которые уходили в египетские и сирийские пустыне и строили там монастыри, в которых постились и трудились, занимаясь монастырским хозяйством.
В принципе, история развивается по спирали, и этот монашеский виток спирали позволяет понять, по аналогии, что происходило в Гёбекли-Тепе 12 тысяч лет назад.
Историю движут люди духа, а не какие-то марксистские мифические "производительные силы". В центре нашей истории стоит Храм, а от него и вокруг него - концентрическими кругами - происходит преобразование общества. Тут вполне понятно, что люди, желая быть в эпицентре духовности, добровольно шли на ограничения в питании и тяжёлый земледельческий труд. Тогда как "производительные силы" ничего не объясняют. «Зачем нам выращивать растения, когда в мире так много орехов монгонго?», - говорили бушмены къхонг, тогда как хадза отказывались от земледелия на том основании, что «это потребовало бы слишком много тяжёлой работы». И их можно не только понять, но и согласиться с ними: на добывание пищи хадза тратили в среднем не более двух часов в день, къхонг - от 12 до 21 часа в неделю, тогда как трудозатраты земледельца равняются девяти часам в день, а рабочая неделя в современных развивающихся странах достигает 60 и даже 80 часов. "Производительные силы" не освобождают человека от труда, а лишь закабаляют его ещё больше.
Вообще, давно пора выйти из насквозь лживой прогрессистской мифологемы XlX века, согласно которой чем древнее, тем хуже. А 40 тыс. лет назад вообще была такая "жопа", что люди питались исключительно объедками после львов и тигров: разбивали камнями трубчатые кости и высасывали мозг из костей. Такую идею "толкал" в своё время советский историк Б. Поршнев. По сравнению с таким первобытным кошмаром земледелие действительно кажется великим прогрессом. Но весь этот кошмар лишь в головах кабинетных учёных типа Поршнева. А на самом деле «примитивные» охотничье-собирательские общества питались и больше и лучше, чем «прогрессивные» земледельцы. К.Леви-Стросс отмечал: «Как показали исследования, проведённые в Австралии, Южной Америке, Меланезии и Африке, трудоспособным членам этих обществ вполне достаточно работать два-четыре часа в день, чтобы содержать семью, в том числе детей и стариков, ещё или уже не участвующих в добыче пропитания. Сравните с тем, сколько времени проводят на заводе или в конторе наши современники!»
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2019-07-12 12:43 pm (UTC)no subject
Date: 2019-07-12 01:59 pm (UTC)